В четвертом номере журнала «Труды Института государства и права РАН» за 2026 год опубликована статья С.Б. Россинского «Потерпевший в  уголовном процессе: жертва преступления, альтернативный обвинитель или обладатель ценных сведений?».

Ознакомиться со статьей.

Статья посвящена рассмотрению статуса потерпевшего как участника российского уголовного судопроизводства, его места, роли и правового  положения в общей системе национальной уголовной юстиции. Актуальность статьи обусловлена отсутствием единства подходов к пониманию потерпевшего, пробельностью и противоречивостью соответствующих положений уголовно-процессуального законодательства, практическими ошибками и трудностями, приводящими к ненадлежащему обеспечению прав и законных интересов пострадавших от преступлений людей или организаций. Освещается подход к пониманию потерпевшего как жертвы преступления, т.е. лица, понесшего от преступных действий определенный вред. В этой связи констатируется возможность оставления подобных субъектов в положении пассивных созерцателей работы органов предварительного расследования, прокуратуры, суда,
безучастных ожидателей восстановления нарушенных прав. Кроме того, рассматривается подход к понимаю потерпевшего как альтернативного обвинителя, т.е. полноценного, способного к активному поведению участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Возникновение данного подхода объясняется потребностями в постепенном усилении характерных для цивилизованных стран механизмов доступа населения к уголовному правосудию, в расширении диспозитивных возможностей интересантов, позволяющих самостоятельно, наряду с государством влиять на исход соответствующих уголовных дел, активно защищать свои права и отстаивать законные интересы. Одновременно говорится о неопределенности критериев, позволяющих отграничить статус потерпевшего от статуса еще одного участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения – гражданского истца. И наконец, анализируется подход к пониманию потерпевшего как лица, располагающего полезными для уголовного дела сведениями. В этой связи заявляется о сомнительности формальной обособленности показаний потерпевших, их отграничения от достаточно близких по содержанию свидетельских показаний. В завершении формулируется вывод об эклектичности уголовно-процессуального статуса  потерпевшего, об его сведении к хаотичному переплетению различных, имеющих собственный смысл и играющих собственную роль правовых состояний со свойственными каждому из них диспозитивными возможностями и ограничениями свободы поведения. Однако допустимость осуществления каких-либо правотворческих шагов, направленных на устранение выявленных в статье проблем, ставится в зависимость от их фундаментальной теоретической проработанности.